?

Log in

No account? Create an account

солнце
za_togo_parnya za_togo_parnya
Previous Entry Поделиться Next Entry
Заметки до востребования. Отрывок 432
   Можно написать учебник Дураковедения, даже курс Дурологии, но особым спросом на книжных прилавках они пользоваться не будут. Да и запретить могут за разглашение гостайны или подрывную деятельность. Дураки, например, бывают клинические, оптимизированные и пламенные. Последних особо приветствовал Писарев. Вторых – Чехов. Первые могут стать вторыми и третьими в зависимости от работы социальных лифтов.

   Эти лифты нынче – система секретная, гостайна. Мы наблюдаем за их работой косвенно, замечая – кто оказался наверху и кто лежит на дне. Лифт наш насущный даждь нам днесь…

   В дачном поселке "Удельная" была небольшая улочка, которая называлась "Тупик Опаленной Юности".

   Когда я в клетке – мысль моя свободна. Почему, когда я свободен, мысль моя – в клетке?

   У Борьки Паниковского было открытое, мальчишечье и вместе с тем высокое и ясное старушечье лицо без морщин. Наверное, такие лица носили люди в "Таежном тупике".Обе полоски бровей чуть загибались вверх от переносицы, такие лица бывают у детдомовских и интернатских. Они обозначают привычную душевную боль, внутри которой живет этот человек. Он не покидает своей боли, она – его дом, за ее пределами – еще больнее, а так, как есть, – привычно. Если взрослый Борька стал батюшкой, то лицо ему точно пригодилось.

   Всемирные бульдоги под всемирным ковром – это все равно бульдоги под ковром. И нечего щеки надувать.

   Когда стрелки компасов крутились, не показывая ничего, когда небо становилось мглой, где не было ни звезд, ни солнца, когда не было никаких троп, даже звериных, я говорил:
   – Выведу!
   И выводил. Всегда.
   Выведу и сейчас. Через выжженный усталостью взгляд, через железные решетки, заборы и ограды. Еще один Фома отвалил в бездорожье искать свой благостный путь, а мы пойдем вот сюда, в сужение скал, в сумрак широколиственного леса, где птичьи пути смыкаются над каньонами и стремнинами. Я не знаю дороги, потому что её нет. У меня нет права отчаяться, упасть, отказаться. Посмотрим в глаза, улыбнемся и пойдем – дальше, дальше, дальше. Там перевал, который никто еще не переваливал, там солнце, которое никому еще не светило.

(2016)
© Юрий Устинов

Часть текстов утрачена при пересылке. Не редактировано и не вычитано автором. Нумерация отрывков не является авторской. Все тексты написаны автором в тюрьме.
Цитирование и воспроизведение текста разрешено с указанием на его источник: za-togo-parnya.livejournal.com

Posts from This Journal by “заметки до востребования” Tag