?

Log in

No account? Create an account

Tropa
za_togo_parnya za_togo_parnya
Previous Entry Поделиться Next Entry
Заметки до востребования. Отрывок 373
   Потребность бытия рождается у пустоты от возмущения собой. Предметом возмущения может быть обнаружение большей и меньшей пустоты – свержение абсолюта, но это может быть и Любовь, отсутствие которой сгубило Буриданова Осла.
   Самоструктурирование относительной пустоты, ее пристрастность к своим обособляемым частям и само обнаружение этих частей может являться первородным эйдосом вселенной, но о какой вселенной речь, если абсолютное ничто никакой вселенной являться не может?
  Чтобы создать вселенную, кто-то должен был полюбить это абсолютное ничто, обособленное от него же, представить его в эйдосе и дать ему логос. Это было само ничто, и нам трудно себе это представить? Но "было" – это из атрибутов времени, а если его нет, то все происходит здесь и сейчас. Считать себя вселенной, будучи на самом деле пустотой, – занятие странное, хоть и приятное. Но как только из роли созерцателя и оценщика мы возвращаемся к участию, к своему потребному и желанному делу, всё становится на свои места: делай то, что должно, и будет то, что будет. На этом корабле, как обычно, есть и матросы, и пассажиры, есть единомышленники и просто попутчики. Когда пассажир дорастает до возмущения собой, он становится матросом. Никакой вертикали власти в этом нет, есть только роли, которые мы сами выбираем. Капитан – координатор наших усилий, а не начальник наших душ, а вот в каюту штурмана я боюсь постучать: скорее всего там физически никого-никого нет. Все приборы на месте, чуть движется масса частиц в шторм-глассе, тихо жужжит движок гирокомпаса. И – нет никого. Пустота.

   Худо, когда капитан – человек первобытный, ищущий свою выгоду и подозревающий всех ровно в том же. Команда пойдет вразнос и даже каюта штурмана будет выглядеть грустно. И неуместно. Такой капитан ищет выгоду на самом корабле, а не в его курсе.

   Тот, кто заботится о личной выгоде, и только, ничего иного в других не различит, и курс его меньше всего заботит.

   Если одна клетка вселенского организма будет стремить вселенную к своей личной выгоде, это будет не прогресс, а онкология. Спасение от таких патриотов – повышение общей температуры тела вселенной или группы, если для такого повышения, хоть и временного, есть ресурсы. Почему-то пока плоховато с ауторефлексией на возбухание какой-то одной клетки. Видимо, ее клоны воспринимаются как "своё" и не отторгаются как "чужое", ибо вселенная знает качество, но не знает количества, в ней ничего нет больше одного. Ничего нет два или три или много. Или бесконечно много одной клетки. Так рождается и «все как один», и ходьба в ногу, и культ личности, как и отрицание отдельной личности, не колеблющейся вместе с линией партии и правительства. Так рождается то самое подавляющее большинство, которое тоже всего лишь частный случай такой онкологии.

   Пустоту в пустоте обособляет и нарекает вселенной Любовь, – странный аттрактор, одушевляющий великое ничто, которое потому и мнится великим, что одушевлено. Отпечаток этого процесса в Монаде.
   Любовь – это и есть Не исключенный Третий во вселенной. А точка бифуркации у каждого своя, их много, их не счесть ни в один миг, ни вовсе. Заполни пустоту Любовью, и будет вселенная.

   Ускользает искомый смысл на подходе к нему. Как будто Любовь можно черпать ложками и что-то ею заполнять.

   Странно. Спасательные работы требуют действий, а не ожидания – когда голова утопленника ещё раз появится над пучиной, а его рука вроде бы приветственно махнет. Странная тишина.

   Контур человека, его души, всегда очень разный, индивидуальный, похожих я не видел. Обучаясь жизни на земле, он заполняет в нём нужные образования и опустошает уже заполненные его природой. Можно было бы сказать, что всё это происходит само, и фрагменты контура сами обмениваются пустотой и энергией, но на то и человек, чтобы лично принимать в этом участие. Чувство благодарности и чувство стыда – та самая пара гнедых, запряженных зарёю, которые вытаскивают весь этот контурный воз на высоты человеческого.

   В кормушку после нескольких коллективных протестов на неявку ко мне врача заглянул матерый фершел. Сказал, что нечего было преступничать. Явно они все заряжены. И в поселке – тоже. Еще бы немножко сил.
   На мои жалобы на боли (живот, селезенка-почки) поморщился и сказал: "Мы вас тут не лечим. Вы сами тут лечитесь". Я задумался и до сих пор гадаю – что он сказал. Понятно, что правду.

   Краснодар выдал мне волчий билет и летит это билет впереди меня. Поселок выбран самый жесткий из известных – там все на ментовском зловредном творчестве, включая запреты на книги, мелочные придирки в быту. Влекущие тяжелые для арестанта последствия и кучу запретов, находящихся за пределами здравого смысла. Выживает, и то – слегка, тот, кто имеет существенную материальную поддержку извне.
   Всё выстроено на ущемлении и унижении какого-то среднеарифметического молодого и здорового арестанта, страдать от заведенных порядков и стиля должен именно он, но как же быть старому и больному? Лекарства мне не отдадут, на них нет рецептов, и Краснодар не указал их в списке важных для меня лекарств, да и списка такого нет. Значит, у меня их не будет. Это суровая аритмия на вторые уже сутки и высокое давление с потерями сознания плюс все указанное выше. А если и тетрадку эту отберут, то вы и вообще ничего не узнаете и вам повесят на уши любую лапшу.

   Я забыл фамилии сексуально озабоченных депутатов и депутаток в госдуме. Какие-то кундюкины и мундюкины или ещё как-то. Дама, рулившая много лет в Москве центром "Озон", оказалась секс-активисткой с кожаной плеткой и в высоких кожаных сапогах на босый таз. Это они написали Ярику справочку с его же слов.

(2016)
© Юрий Устинов

Часть текстов утрачена при пересылке. Не редактировано и не вычитано автором. Нумерация отрывков не является авторской.
Цитирование и воспроизведение текста разрешено с указанием на его источник: za-togo-parnya.livejournal.com

vk.com/id407765992

"озон" упоминался в коментах пару лет назад; желательно почитать о "синей вороне"



>Капитан – координатор наших усилий, а не начальник наших душ, а вот в каюту штурмана я боюсь постучать: скорее всего там физически никого-никого нет. Все приборы на месте, чуть движется масса частиц в шторм-глассе, тихо жужжит движок гирокомпаса. И – нет никого. Пустота.

Всё идёт по плану, как мудро учит нас товарищ Тзинч.





«Крушение Мэри Дир» (The Wreck of the Mary Deare, 1959)



...Sapienti -- sat...
(c)


Edited at 2018-07-11 11:19 am (UTC)