?

Log in

No account? Create an account

Tropa
za_togo_parnya za_togo_parnya
Previous Entry Поделиться Next Entry
Заметки до востребования. Отрывок 369
   Диффузные потери, интоксикации и травмы могут происходить не только когда группа существует внутри большого социума, но и в изоляте – при соприкосновении двух и более разных групп. Чтобы не было взаимных травм, обусловленных всякими разностями, и для сохранения суверенитета каждой группы, главным модератором таких контактов и их стилистом должна вступить в свои права Игра. Играть в самих себя и в других похожих увлекательно и, как правило, безопасно.Условная территория Игры, её шутливо мимикрирующее тело сохраняют группу в ее контактах с группами гораздо лучше, чем напряжение обдуманной защиты неизвестно от чего и от кого. Стяжка и противоречие, "свой – чужой" становится весёлой, полной изобретательности и юмора, возникают "буферные" микрогруппы и группы, несущие черты разных сообществ, помещенные в один флакон буфера. В таких органах группы, как буфер, решается возможность контакта в принципе, его стилистика, содержание и перспектива. Все это – Игра, всё это необязательно, но интересно, особенно на вечернем представлении, когда ты со своими согруппниками представляешь для знакомства иную группу – одобряя и пародируя, познавая и утверждая, отрекаясь и рефлексируя.
   Такая же Игра лечит группу от фракционной зернистости, от разрушительных противоречий между микрогруппами внутри группы.
   Сталь Шмаков, спасибо Вам. Мудрик и Лутошкин, – спасибо. Шекспир и Станиславский, – спасибо. Скоморохам поклон. Клоунам благодарность. А уж Илья Рутберг поднимает такую Игру на немыслимые высоты, приглашая нас думать не только на тему "группа – группа", но и "группа – личность". Человек – вселенная, но группа – не сумма вселенных, она – их произведение. Приветливо и тепло встречая незнакомца, группа не предлагает ему себя. Она предлагает ему его. Часто – другого, нежели он себя знает. Это – ее главное терапевтическое свойство.

   Педагогическая запущенность – дочка педагогической напыщенности, когда начальники детей, заскорузлые в своем животноводческом мышлении, исторгают из себя такой апофигей педагогических требований, что нормальные дети нормально отказываются их выполнять. Вскоре такие начальники оказываются вне сферы детских интересов, продолжают руководить, но и сами они, и всё, что они несут в себе детям, уже детьми не воспринимается. В обмен начальники детей получают быструю профессиональную усталость, которая назойливо сопровождает их до гробовой доски. Не сомневаюсь, что у старухи Шапокляк было педагогическое образование. Тропяные называют шапокляками своих воспиток, классручек и – в последние годы – социальных педагогов. А тем, кого они так не называют, – низкий мой поклон и пожелание бархатных вечеров с отдохновением и душистым чаем. Приглашайте, милые и родные, кого угодно или побудьте наедине с собой, я знаю что такое дефицит одиночества, и я люблю вас.
   Ирина Александровна Синякова, я люблю Вас.
   Людмила Николаевна Коняшина, я люблю Вас.
   Анна Гавриловна Силина, я люблю Вас.
   Многие, многие, славные, с усталыми глазами и улыбками, с добрыми лучиками у глаз, – я люблю Вас. Вы не уничтожали в Ребенке Бога, вы заботились о выживании Бога, тратя себя.

(2016)
© Юрий Устинов

Часть текстов утрачена при пересылке. Не редактировано и не вычитано автором. Нумерация отрывков не является авторской.
Цитирование и воспроизведение текста разрешено с указанием на его источник: za-togo-parnya.livejournal.com