?

Log in

No account? Create an account

Tropa
za_togo_parnya za_togo_parnya
Previous Entry Поделиться Next Entry
Заметки до востребования. Отрывок 90
   Я не знаю, какие части рукописей пропали. Я не помню, что я уже написал, а о чем только подумал. Возможны повторы, но они не будут копией уже написанного текста, память осматривает прошедшее с разных сторон и ракурсов, добавляет и уточняет, разъясняет и обобщает. Когда-то на рубеже 80-х я так же писал "Рондо для Коряжки" – рондо и есть повтор с развитием: ABACADA.
   Еще есть время задать мне вопросы и есть время ответить на них, поскольку я пишу вслепую (во всех смыслах) и не отличу чего-то важного для Вас от общих мест. Я ушел из взрослого мира в начале 80-х и больше не возвращался.

   Он мне не известен, а составлять представление о нём с помощью случайных обобщений – не хочется.
   "Взять груз" – это значит нагрузиться по своей индивидуальной сегодняшней норме, которую вряд ли кто-то знает, кроме тебя самого.
   На то, чтобы научиться её определять, нужно недели три. Пока не научишься её определять – ходи недогруженным, за тебя понесут груз другие. Это нормально. Хуже – если схватишь перегруз и тормознешь всю группу.

Каждый стремится взять столько, сколько может нести долго, не становясь проблемой для группы. Недогруз можно почувствовать, и тогда на коротких привалах ты можешь догрузиться. Перегруз тоже всегда ощутим, если он есть – скажи об этом группе, она примет на себя часть твоего груза.
   Например, – загружаемся, все пакуют рюкзаки. Все догрузились, но на грузовой продуктовой площадке остался мешок с пятью килограммами репчатого лука. Диспетчер по грузу, который есть на каждой погрузке, объявит об этом, и лук разберут по 2-3 луковицы все. Такой догруз не очень обременяет, и лук – с нами. И мы – с луком. С луком всё вкусно.
   Иногда что-нибудь нужно перепаковать, сделать из двух, например, грузовых мест – три, чтобы облегчить делёжку груза. Бывалые тропяные, которым уже по 12-13 лет, заранее присмотрят себе грузы, которые лежат на грузовой площадке и могут даже договориться – кто что возьмёт. Они же позаботятся о новичках; особо ретивых, взваливающих на себя слишком много, – остудят, переведут идейный подход к тасканию груза в конструктивное практическое русло. Со мной советуются редко, знание о грузе находится в глубине самой группы с 1968 года, передаваясь из поколения в поколение. Взять на себя слишком много – ошибка, которую лучше исправить в самом её начале, что и происходит.
   Все учатся группироваться для работы с грузом и его доставке. Нет согбенных спин и ненадежных опор в собственном теле.
   Перегружаться – не только опрометчиво, но и неприлично. При этом не догрузиться может каждый, это нормально. Если же после полной загрузки остается не взятый груз – его возьмет взросляк или нужна вторая ходка на сколько-то человек. С несколькими ходками ("грузовыми челноками") идет, например, заброска Базового лагеря, для которого все нужное за один раз не перенесёшь. Так же происходит и "свал" – экспедиция закончена, тропа сделана, лагеря уходят, "сваливают", выносят груз.

   На месте, которое мы покидаем, обязательно работает специальный "последний глаз". Он внимательно и непредвзято осматривает покидаемую территорию и, бывает, находит много интересного. Например, забытые в ручье ложки на всю группу.
   Ложки у нас стальные, в ручке у каждой круглое отверстие, позволяющее все ложки держать на одном штыре (палаточном), что удобно.
   Груз бывает "охранный" – требующий бережного и деликатного отношения, например – аптека. Диспетчер по грузу уделит его размещению особое внимание. "Охранку" редко носят новички, "вес" и "охранка" – это репутационные принадлежности бывалых.
   "Вес" – то, что имеет большой вес и малый объём. "Объём" – то, что имеет большой объём и малый вес.
   "Объём" группа постарается отдать младшим, друзьям с проблемами физического развития, девочкам и тётенькам. Ладно уложенные и ровно застегнутые стариковские рюкзаки, стоящие в ряд, производят впечатление.
   На коротких привалах ли, на ночевках перед выходом на маршрут, для посадки в автобус или поезд рюкзаки стоят в ряд – так удобнее.
   Излишне говорить, что на рюкзаках Тропа не сидит. Сесть на рюкзак – моветон. Исключение составляет специальная зимняя укладка, когда часть рюкзака уложена как сидение. Зимой, как правило, некуда сесть в лесу, и тем более в поле или тундре. Только на рюкзак. На рюкзаках также могут сидеть "мамки"-девочки и самые младшие тропяные ребята. Это не одолжение какое-то и не "бонус", а результат нормального хорошего отношения. На рюкзак может присесть и приболевший, если он идет вместе с группой. Он будет полностью разгружен товарищами, и это не наказание, а естественная реакция на реальные события. Здоровый тропяной мужик лет с 8-9 на рюкзаке сидеть не будет. Не потому, что запрещено, запрета никакого нет, просто – не принято.
   "Вес" в рюкзаке располагается ближе к пояснице, чуть выше неё, по центру. У рюкзака есть не только центр тяжести, но и желаемая ось тяжести, соответствующая каждому несущему груз опорно-двигательному аппарату. И центр, и ось располагаются для каждого по-разному, ребята знают это и достигают в этом мастерства. Никого рюкзак "мотать" не будет, никто не идет сгорбившись и поддёргивая рюкзак повыше, или держась за лямки, всё выверено, всё красиво, целесообразно.

   Редчайшая травма на Тропе – растяжение, подвывих голеностопного сустава. За сорок лет их было две или три. Каждая утренняя зарядка начинается с голеностопа, когда стоишь на одной ноге и вращаешь в воздухе другую. Голеностоп "просыпается", вспоминает свою высокую ответственность, держит себя в форме и на него можно положиться.
   Ногти на ногах стрижем коротко, чтобы под ними почти не оставалось воздуха под кончиками, чтобы концы ногтей не "гуляли". Долгое время Тропа для ног пользовалась кремом "Эффект", но последние лет 20 перешла на пихтовое масло – оно, помимо всяких благотворных эффектов, не оставляет никаких шансов грибку стопы и ногтевому грибку. После перехода на пихтовое, обувь и носки напрочь перестали вонять, обувь стало возможно хранить ночью под головой – под полом палатки. Пахнущих пихтовым маслом Тропа называла "благоухахалями".
   Чем дальше от цивилизации – тем больше возможность на привалах и на лагерях ходить босиком – это и здо́рово, и здоро́во. Обувь любим ту, которая "дышит", стараемся обходиться без пластика. Пластиковые подошвы вообще неприемлемы под грузом и в горах, только резина. Правильно обуты ноги – целее голова.
   Под грузом идем в шерстяных носках, на нескользких подошвах. Носки выворачиваем наизнанку – гладкая сторона прилегает к стопе, шершавая изнанка хорошо контактирует с внутренней поверхностью ботинок. Ботинок – потому, что вряд ли нужно таскать груз в горах в кедах или тапочках – на мягкой подошве. Массаж "ладошек ног" полезен, но не в таком зверском варианте, когда, наступив на резкое препятствие на микрорельефе (например, острая грань камня) сваливаешься от боли, вместе с грузом. Оно надо? Подошва стопы уязвима для таких защемлений, их результат – хромота на 3 – 4 дня.
   Когда идешь без груза – мягкость или жесткость подошв обуви некритична.

   Броды на горных реках берем в ботинках на босу ногу. Перейдя брод и сняв рюкзак, вытряхиваем воду из ботинок и возвращаем туда сухие стельки и ноги в сухих носках. О переправах скажу отдельно, подробно, если успею.
   Груз во время брода поможет прочнее держаться на дне, особенно если вода выше колена. Я на высоких водах, идучи на другой берег крепить веревку, накладывал в рюкзак ещё пару больших увесистых камней, чтобы течение не отрывало от дна. Так и в жизни: если сносит течением, – добавь груза. Облегчение не всегда приносит облегчение.

   Переправы груза по навесной веревке на Тропе стандартны, о них можно легко прочитать в специальной литературе по альпинизму и горному туризму.

   Теперь мы переправились через реку, идем дальше и замечаем, что ноги у нас всё-таки влажнее, чем были до брода. Через четверть часа они высохнут, а пока нам важно не натереть водяных мозолей. В этом деле очень важны носки – в них не должно быть травмирующих швов и прочих похожих подарков галантерейной промышленности. Минут через 15-20 после брода стоит сделать привал с полным разуванием и осмотреть места возможных потертостей. Если они наметились – лучше задубить кожу любыми аптечными и подручными средствами, но стоит знать, что потертости на ногах возникают не столько из-за попадания воды снаружи, сколько из-за нарушений водно-солевого режима. Не пейте воду на коротких привалах – вот главное лекарство.
   На Тропе вообще мало кто пьет воду. Чай, компот, кисель, какао – да. Вода – нет. Поэтому потертости у нас – редкость, как и "вспотеть". Тропа потеет весьма умеренно, а уж сырые розовые туристы, пыхтящие вперед и вверх, – вообще не про нас. Мы жилистые, костлявые и умеренные во всём, что может повлечь за собой водянистую кудрявость тела, рыжую его розовость.

   На привале группа останавливается, не снимая рюкзаков. Двум идущим впереди помогут снять рюкзаки те, кто идут в строю третьим и четвертым, снять рюкзак (и поставить его в ряд) – это забота для трех человек, а не для одного. И так далее.
   То же и при выходе с привала. Человек "вставится" в стоящий на земле рюкзак, но поднимут человека с рюкзаком двое его товарищей, самому корячиться не придется. То же – при преодолении препятствий со ступенью вверх, там поможет идущий впереди.

   Никто не работает с грузом рывками. Ни одного рывка по нескольку лет. Потом какой-нибудь новичок забудется и дернет. Не усмотрели. Не успели.

   Если можешь самостоятельно присесть и встать с рюкзаком три раза – неси его хоть на край света, это нормальный для тебя груз. Вода из водянистых блондинов выходит напрочь недели за две, потом проблем с потоотделением и одышкой нет, но внимательно смотрите на круги под глазами – они всё расскажут о работе связки "сердце – почки" и это даст возможность избежать неприятностей. Но смотрите и на типаж вообще – странно было бы думать, что все китайцы больны желтухой, а у всех сомалийцев проблема с надпочечниками.
   Пушкин, однако, был рыжий. Даже Кипренский об этом маленько проговорился. Пушкин регулярно бывает на Тропе, но, как настоящий дух, не оставляет материальных следов. Существительные существ, суффиксы ветров и апострофы камней существуют так, будто не залетал к нам никакой Пушкин, но мы-то знаем, что все они – его работа. Не прячься, Пушкин, выходи! Автора! Автора! Мы – тропяные вьючные животные, жаждем легкого твоего дыхания, когда идем под грузом.
   Морально-волевая и эмоциональная выносливость так же важны при переноске груза, как физические кондиции. В нашем грузе никогда нет ничего лишнего, только нужное. Лев Николаевич Толстой ходил по аллеям босой не по странному стечению обстоятельств, а вопреки Софье Андреевне, которая хранила дворянскую честь. В детстве все мечтают о Тропе и детство иногда продолжается всю жизнь. Тропы бывают разные, особенно несостоявшиеся. Не все из них – пионерские лагеря имени товарища Сизифа. И межотрядные соревнования по привесу идут не везде. О чем это я? Забыл уже.

   А, вот о чем. Чтобы отнести свой крест на Голгофу, нужно иметь навыки обращения с грузом и физическую подготовку, которая начинается с вращения голеностопа с полной нагрузкой и на всю амплитуду.
   Движение в подъем с грузом – важнейшая часть человеческой натуры, сущности, предназначения. Человек, надежно спрятанный от возможности чрезвычайных ситуаций в его жизни, не перестаёт быть человеком. Груз бытия не только необходимое условие жизни, он – сама человеческая жизнь.

   Почти ничего не знаю о детстве богов. Это непозволительно, подскажите кто-нибудь, где читать. Подскажите кто-нибудь, пожалуйста. Для меня это важно. Боги хорошо относились к детям и особо их отметили. Мне очень важно понять, как они относились в детстве к себе. Кроме того, я спросил бы: имеют ли океаны в себе отдельные капли, или их имеет только дождь? И ещё: легко ли в раю? Если там всё легко и всего много, – мне туда не надо. От вечного досуга я сойду с ума, я хочу работать. Нести груз.



   "Хачюльник" – невидимый вырост на теле в форме любительской колбасы с толстыми губами на конце.
   Хачюльники легко отпадают от тела, когда в них отпадает необходимость. Отпавший хачюльник подлежит обязательному захоронению в специально отведенном месте, обычно – за поленницей.
   Хачюльники днем и ночью могут носить гости Тропы, а с 8 утра до 21 часа – тропяные возрастом до 6 лет.
См. "Словарик Тропы".

(2015- 2017)
© Юрий Устинов

Часть текстов утрачена при пересылке. Не редактировано и не вычитано автором. Нумерация отрывков не является авторской. Все тексты написаны автором в тюрьме.
Цитирование и воспроизведение текста разрешено с указанием на его источник: za-togo-parnya.livejournal.com

Posts from This Journal by “заметки до востребования” Tag